Galina Kovalenko | Books Page

Восьмой месяц

День 1

Изобрел новый фокус. Я уже давно умею брать предметы
большим и указательным пальцами, а теперь научился сжимать их так крепко,
что получаются маленькие тиски.

Поначалу они ужасно обрадовались.

— Ой, смотрите, как мы крепко держим ложку! Какие
мы умненькие малыши, да, зайчик?

(Интересно, как я смогу научиться правильной литературной
речи, если все время буду слушать эту слюнявую чушь?)

Постепенно их радость увяла. Они поняли: если что-то
попало мне в пальцы, то никакая сила не заставит меня их разжать.

0-08-1.jpg

Особенно ловко я проделываю это за едой. Стоит только
взять в руки картофелину или персик, и через минуту они превращаются в
противную липкую кашу, которую так удобно размазывать по стенам, мебели,
кошачьей шерсти и одежде случайного гостя.

Или в магазине. Сидя сверху на тележке для продуктов,
я запросто дотягиваюсь до Ее покупок, хватаю их и сжимаю. Лучше всего
для этой цели подходят стаканчики с йогуртом и творогом. Некоторое время
бедная пластмасса держится, зато потом лопается и происходит Бог знает
что. Сегодня утром все вокруг было в абрикосово-смородиновом пюре.

Или волосы. У Него их не так много, так что это неинтересно.
Лучше всего у Нее. Каждый раз, как Она берет меня на руки, я хватаю их
целыми прядями. А если уж я схватил, повторяю, то не выпущу ни за что.

Так что теперь Ее страдания по поводу внешности усугубились.
Широкие бедра, растяжки на животе, огромный бюст… И в придачу облезлая
шевелюра. Что-то не слыхать рассуждений на тему "ребенок совсем не
изменил мою жизнь".

0-08-2.jpg

День 2

Утром схватил кота за хвост. Это была печальная картина.

Бедное животное ничего не забыло. Представляя себе
ужасные вещи, которые, по словам моей мамаши, случатся, если оно хоть
раз посмеет меня тронуть, несчастное создание совсем упало духом, не сопротивлялось
насильнику и только жалостно мяукало.

Минут через двадцать Она забеспокоилась, что это за
странные звуки, и прибежала на шум. Я тут же разжал пальцы (кстати, до
сих пор мне это не удавалось) и заорал. Кот не стал дожидаться обвинительных
речей и очередной выволочки. Он кинулся под дверь и пока не появлялся.

0-08-3.jpg

День 4

Проснулся рано утром и хотел было, по обыкновению,
заорать, но вдруг услышал разговор родителей. Разнообразия ради, не о
сексе.

А если не о сексе, то, значит, обо мне.

— Собираюсь начать сегодня, — сказала Она.

— Что начать? — не понял Он.

— Отнимать его от груди. — Я насторожился. — Отменю
дневные кормления. Дам грудь утром и на ночь, а днем пусть запивает еду
из бутылки.

Так-так. Ясненько.

Должен объясниться. Я не хочу бросать грудь вовсе
не потому, что не люблю пить из бутылочки. Временами к ней прикладываюсь,
и мне это даже нравится. Дело в том, что Ее выпады подрывают основы моей
власти. Представьте себе мамашу, которая может уйти из дома когда вздумается
или — Боже упаси! — ходит на работу. Совсем другое дело, когда Она буквально
прикована ко мне, потому что каждые четыре часа должна кормить грудью.

Боюсь, дорогая мамочка, что отнятие от груди заранее
обречено на провал. По крайней мере, до тех пор, пока я не решу, что грудное
кормление мешает МОЕЙ общественной жизни; вот тогда я сам, по своему усмотрению,
брошу это занятие. Скорее всего, года через два-три.

Я не подал виду, что осведомлен о Ее планах. Наоборот.
Утром я сосал грудь разве что пару секунд, зато за завтраком жадно проглотил
три миски размоченного картона, называемого кашей.

Первую попытку Она сделала за обедом. После баночки
с наклейкой "молодой барашек со шпинатом" (на вкус это… нет,
у меня не хватит слов) вместо груди Она сунула мне бутылку.

0-08-4.jpg

Тут-то я и полез в бутылку, извините за каламбур.

Обливаясь слезами, я ухитрялся изображать на лице
выражение изумленной обиды. Как всегда, шантаж удался: через пять минут
я уже преспокойно сосал грудь.

В пять часов — вторая робкая попытка. Но на этот раз
Она сдалась гораздо быстрее.

Перед сном, лежа в кроватке, я с глубоким удовлетворением
услышал Ее слова:

— Нет, наверное, еще рано отнимать его от груди. Подождем
пару месяцев.

Я выиграл эту партию.

0-08-5.jpg

День 6

Они пребывают в трогательной уверенности, что прекрасно
понимают своего ребенка. На самом же деле это происходит с точностью до
наоборот.

Вечером они пришли пожелать мне спокойной ночи. Еще
не совсем стемнело, и я ненавистным взглядом смотрел на мерзкую крокодилью
вертушку. Вот уже семь месяцев надо мной нависает эта гадость.

И что бы вы думали? Она умиленно проворковала:

— Мы любим наших маленьких пушистых крокодильчиков,
правда, зайчик?

Нет слов. Теперь мне ясно, почему конфликт отцов и
детей имеет столь древнюю традицию. Потому что родители в большинстве
своем ЧУДОВИЩНО ГЛУПЫ.

0-08-6.jpg

День 8

Ответственный день. Мы идем в поликлинику на диспансеризацию.

Я уже поел и сидел на полу возле стола. Она сказала
Ему:

— По-моему, у нас все будет нормально. Судя по моей
книге, он развивается правильно.

— Угу, — отозвался Он из-за газеты.

— Кстати, я скоро опять попробую отнять его от груди.

— Угу.

— И смогу выйти на полставки, как мы и планировали.

0-08-7.jpg

Что за люди! Когда же до них дойдет, что теперь планированием
занимаюсь я и только я?

Надо было побыстрей что-то придумать. И вдруг у меня
родилась гениальная идея, которую я начал осуществлять немедленно. Я покачнулся,
упал и со всей силы ударился о ножку стола. До крови разбил губу, а на
лбу выросла шишка величиной с мяч для гольфа. Этого-то я и хотел.

Пока Она собиралась, я сидел на полу в гостиной, размахивал
руками, хватал в тиски что попадется под руку, стучал игрушками друг об
друга и оживленно лопотал.

И вот наконец мы в кабинете доктора. Она посадила
меня на стол. Я молчал и тупо глядел в одну точку.

Доктор окинул меня быстрым взглядом, и мой план опять
сработал. Он спросил:

— Откуда у ребенка травмы?

— Ударился об стол, — виновато пробормотала Она.

— Понятно, — протянул доктор и молча, с глубокомысленным
видом записал что-то в карточку. Потом снова задал вопрос:

— А как развивается ребенок? Он может сидеть без поддержки?

— Конечно, — поспешила ответить Она и убрала от меня
руки. Я медленно повалился набок.

— Понятно, — сказал доктор. — Проверим слух.

-естно говоря, трудно было сохранять безучастное выражение
лица. Выглядело это на редкость глупо: взрослый человек крадучись передвигается
по комнате и громко нашептывает всякие глупости из разных углов. А когда
он подошел и стал орать прямо мне в ухо, сдержаться было почти невозможно.

Но я выстоял. Ни один мускул не дрогнул. Я лежал,
молчаливый и равнодушный. Доктор в очередной раз произнес свое "понятно"
и сделал в карточке пространную запись.

Дальше вообще началось не поймешь что. Он размахивал
у меня перед носом дурацки раскрашенными предметами, а сам в это время
внимательно, как бы невзначай, взглядывал на меня. Не знаю, чего он хотел,
но я держался по-прежнему на высоте.

0-08-8.jpg

Потом он вертел передо мной игрушкн — хотел проверить,
бедняга, умею ли я хватать. Я боролся со страшным искушением протянуть
руку и применить метод тисков, но сохранял спокойствие и бессмысленно
глядел в пустоту.

— Дома он прекрасно все хватает, — нервно проговорила
Она. — Все, что под руку попадется. Правда, он недавно научился, в начале
месяца…

Доктор посмотрел на Нее долгим пристальным взглядом.
Да, сказал я себе, шишка на лбу и разбитая губа — поистине блестящая выдумка.
Теперь он не поверит ни единому слову этой легкомысленной мамаши.

Наконец он оставил надежду расшевелить меня и перенес
внимание на Нее. Мне очень жаль, но поликлинику Она покидала, заливаясь
слезами.

Жестоко, скажете вы. Но я должен положить конец разговорам
про полставки. И, по-моему, это мне уже удалось.

Чтоб облегчить Ее жалкую участь, по дороге домой в
машине я сидел прямо и без поддержки, хватал в тиски что попадется под
руку, стучал по спинке сиденья и оживленно лопотал.

День 14

Забавы ради я попробовал начать передвигаться. В связи
с чем у меня две новости — хорошая и плохая.

Хорошая: можно сказать, что я научился ползать. Точнее
говоря, после некоторых усилий я оказываюсь не в том месте, где был.

Плохая: двигаться в нужном направлении я пока что
не способен.

Надо работать. Поскольку я умело разрушаю все, до
чего могу добраться, родители додумались сажать меня посреди комнаты,
подальше от шкафчиков, полок, гардеробов и буфета. Так что, если я хочу
и дальше разворачивать разрушительную деятельность, я должен как можно
скорее научиться ползать. Это, знаете ли, дело первостепенной важности.

День 15

Ненавижу, когда за мной подглядывают. Особенно когда
я тренируюсь.

Я упражнялся в ползании на ковре в гостиной. Пытался
встать на четвереньки. Кстати, это гораздо трудней, чем может показаться.

Опираясь на вытянутые руки, я поднял голову и плечи,
и хотел привести в движение остальные части тела. Мне удалось чуть-чуть
переместиться, но опять не туда, куда нужно. Более того, в направлении,
противоположном желанной цели. Я положил глаз на поднос со стаканами,
который Она оставила на полу. Она собиралась убрать их в буфет, но зазвонил
телефон, и Ей пришлось бежать на звонок. У меня прямо руки зачесались.
Перебить. Добраться и перебить.

0-08-9.jpg

Но вообразите мою ярость: чем больше я прилагал усилий,
тем больше удалялся от предмета вожделений. Я пятился назад!

В самый неподходящий момент вдруг раздалось хихиканье.
Я обернулся. Она просунула голову в дверь и нагло смеялась надо мной.

Да как Она посмела!

День 16

Утром лежал в кроватке и думал: а стоит ли ползание
таких нечеловеческих усилий? Может, обратить их на другое, скажем, не
начать ли разговаривать?

0-08-10.jpg

Это было бы очень кстати. Наконец я смогу высказать
им все, что думаю, а то приходится обходиться криками и пачкотней. Но
поразмыслив, я решил оставить эту затею. Ведь если вдруг я начну говорить,
они поднимут СТРАШНЫЙ ПЕРЕПОЛОХ

Она и так все время сравнивает мои даже самые незначительные
действия со схемой развития ребенка в книжке. И если я совершу нечто из
ряда вон выходящее, вроде разговоров в восемь месяцев от роду, этой суете
вообще не будет конца.

Конечно, Она решит, что произвела на свет гения. Начнутся
консультации с детскими психологами, невропатологами, педагогами и методистами.
Она объединится с другими и организует ассоциацию родителей одаренньк
детей. -естно говоря, боюсь, что с этим мне уже не совладать.

Нет. Уж лучше я буду обыкновенным среднестатистическим
ребенком всех времен и народов. Буду развиваться так, как написано в книге,
то есть так, как ждут родители. Вот и все, что нам нужно для спокойной
жизни.

День 27

Наконец-то могу ползти в более-менее нужном направлении
— переставляя руки и двигая задом. Это довольно трудно, и совсем не элеганггно.
Ну и что? Я доволен. Ведь под лежачий камень вода не течет. Лежа да сидя
новых горизонтов для своей деятельности не откроешь.

День 28

Сегодня я добрался до провода настольной лампы и с
удовольствием сдернул ее на пол. К несчастью, абажур остался целехо-нек,
зато лампочка, наверняка, разбилась.

Но я сглупил — замешкался на полу возле лампы, и Она,
вбежав в комнату, сразу поняла, что произошло. Она обозвала меня нехорошим
мальчиком, подняла лампу, поставила ее на стол и для проверки щелкнула
выключателем.

Незадача. Лампочка все-таки загорелась.

День 29

Небывалый успех на фронте разрушений. Дело было утром,
в гостиной. Кот наблюдал за мной с дивана, а я полз к столику, на котором
красовалась стеклянная ваза с цветами.

Наконец я сумел схватить его за ножку и начал яростно
трясти. Конечно, пришлось попотеть, но ваза сантиметр за сантиметром неуклонно
приближалась к краю стола и, как было задумано, грохнулась на пол. И с
приятным звоном разбилась. Осколки, цветы и вода живописно разметались
на ковре.

0-08-11.jpg

На этот раз я был умней. Я живо убрался с места преступления
в другой конец комнаты и схватил погремушку, которой Она безуспешно пыталась
меня заинтересовать вот уже пять месяцев. Теперь самое время, подумал
я.

Расчет был точен. Едва я успел засунуть погремушку
в рот, как отворилась дверь и вошла Она.

Вид осколков привел Ее в ярость. Она вопросительно
переводила взгляд с меня на кота.

Счастлив сообщить, что Она пришла к правильному выводу.

А потому схватила кота за шкирку и отшлепала без тени
сожаления. Вырвавшись, несчастное животное кинулось под дверь и скрылось,
голодное и непонятое.

Хи-хи!

0-08-12.jpg

девятый месяц